Водка, деньги, два ствола

27.10.2015 11:45

 

Какие выводы из красногорской стрельбы сделает команда Андрея Воробьева

Андрей Воробьев
Фото: Андрей Епихин / ТАСС

Трагедия в подмосковном Красногорске, где местный бизнесмен Амиран Георгадзе расстрелял прямо в рабочем кабинете первого замглавы района Юрия Караулова и руководителя ОАО «Красногорская электрическая сеть» Георгия Котляренко (и, возможно, был причастен к другим убийствам), приобрела политическое звучание в тот момент, когда стало известно, что предполагаемый убийца входит в местный политсовет «Единой России». «Лента.ру» попыталась выяснить, чем станет красногорская стрельба для губернатора Московской области Андрея Воробьева: «черной меткой» или обоснованием карт-бланша на смену глав районов.

Расстрелы чиновников и представителей госорганов на рабочем месте в России случались и раньше. Однако красногорский казус от них разительно отличается. Во-первых, в большинстве случаев на отчаянный шаг идут своего рода «народные мстители» — простые граждане, взявшиеся в одиночку бороться с несправедливо устроенной, по их мнению, системой. Бизнесмен Иван Анкушев, расстрелявший в 2009 году главу Кировской городской администрации Илью Кельманзона, был известен как активист, боровшийся с местной властью в судах за штрафы, госпошлины и тарифы. Пенсионер Сергей Рудаков, убивший в 2010 году юриста ФСС Нижнего Тагила Юрия Столетова, до этого десять лет воевал в суде за пересчет пенсии. Предприниматель Асланбек Вагапов в 2012 году застрелил главу администрации Светлоярского района Волгоградской области Николая Крутова за вымогательство.

Материалы по теме

19:44 20 октября 2015

На месте убийства Владимира Чорноноса

Предшественники «красногорского стрелка»

Кто, как и зачем убивал российских чиновников

Характерная черта: все эти люди после убийств не пытались скрыться. Анкушев и Рудаков застрелились, а Вагапов сдался правоохранительным органам. Психологически объяснимое поведение для человека, который чувствовал себя загнанным в угол: уйти, прихватив с собой предполагаемого обидчика. С моральным состоянием самоубийц все и так понятно, а Вагапову суд назначил принудительное лечение — психиатрическая экспертиза установила, что он в момент преступления не отдавал отчета в своих действиях. Одним словом, есть основания говорить о том, что «народные мстители» не очень хорошо ориентировались в социальной ткани бытия, отсюда и выбранный способ борьбы с несправедливостью.

От «паленки» до партбилета

Любители «посадок и расстрелов» как метода борьбы с коррупцией в лучших традициях черного юмора предложили поместить портрет Амирана Георгадзе на герб Красногорска — за наведение порядка методами Робин Гуда. Однако все, что мы знаем об Амиране Георгадзе, не позволяет предположить в нем отчаявшегося народного мстителя. Уроженец Грузии, свой бизнес в Подмосковье он начинал еще в 90-е годы с торговли паленой водкой — склад располагался как раз в Красногорске. Обыски и конфискации удавалось обходить: в интернете описан случай, когда в 1999 году у Георгадзе изъяли около семи тысяч бутылок «паленки», однако ему удалось вернуть часть продукции. По оперативным данным, силовую поддержку Амирану якобы оказывал вор в законе Давид Мелкадзе (Дато Потийский), имевший офис все в том же Красногорске. Мелкадзе был убит в 2014 году. Тем временем Георгадзе стал числиться респектабельным бизнесменом — в его активе появились торговые фирмы, строительные компании, а также партбилет «Единой России» и статус члена районного политсовета (откуда его оперативно исключили после расстрела). Далеко не все бизнесмены 90-х вписались в реальность «нулевых», но Георгадзе это удалось.

Здание городской администрации подмосковного Красногорска, где 19 октября был убит первый заммэра Красногорска Юрий Караулов
 
Здание городской администрации подмосковного Красногорска, где 19 октября был убит первый заммэра Красногорска Юрий Караулов
Фото: Евгений Биятов / РИА Новости

Пик успеха Георгадзе-бизнесмена пришелся на тот период, когда губернатором Подмосковья был казавшийся несменяемым Борис Громов. Именно тогда компания Георгадзе «Мякининское поречье» построила многоэтажки в Павшино, Нахабино, Новой Опалихе, а также Красногорский горнолыжный комплекс. Это биография не мстителя из Шервудского леса, а человека, очень хорошо ориентирующегося в устройстве социума, умеющего обрастать неформальными деловыми связями и использовать их максимально эффективно. Вот с такими матерыми «местными элитами» приходится работать в Подмосковье.

Конфедерация княжеств

Главной мишенью Георгадзе должен был стать чудом избежавший расправы глава Красногорской районной администрации Борис Рассказов, руководивший районом с 1998 года. «Администрация Красногорского района существовала в реальности, параллельной правовому пространству и интересам горожан, — рассказывает местный житель Евгений Соседов, председатель московского областного отделения Всероссийского общества охраны памятников истории и культуры. — Они выделяли под застройку санитарные и водоохранные зоны, лесные участки. Строились целые кварталы-гетто без коммуникаций, и администрация умудрялась их принимать. Например, построенный тем же Георгадзе комплекс "Рублевское предместье" в деревне Глухово: в населенном пункте на 200 человек появилась застройка на 10-15 тысяч жителей, и все это легло на старые очистные сооружения, которые не справлялись с возросшим объемом».

С 1 января 2015 года вопросы, связанные со строительством, были переданы с районного уровня на областной — местные жители, по словам Соседова, надеялись, что после этого ситуация изменится. Но уже в апреле Амиран Георгадзе согласовал в обладминистрации строительство комплекса из 8-этажных домов в деревне Поздняково.

Рассказов последний раз победил на выборах в сентябре 2013 года — в тот же день, когда губернатором был избран Воробьев. «Финансово Красногорский глава был достаточно независимым. Назвать его человеком Воробьева нельзя. Избирался он самостоятельно, а замы и вся внутренняя экономика действительно были созданы в доворобьевскую эпоху», — говорит «Ленте.ру» знакомый с ситуацией аналитик. И это относится ко всей территории Московской области. Инвестиционно привлекательная территория, близость к столице, годами не менявшиеся губернатор и связанный с ним круг местных элит — все это создало ситуацию, в которой менять глав районов и разрывать коррупционные спайки оказалось непросто.

Глава Подмосковья Андрей Воробьев (справа)
 
Глава Подмосковья Андрей Воробьев (справа)
Фото: Дмитрий Лебедев / «Коммерсантъ»

«У глав подмосковных районов телефонная книжка такой толщины, что позавидует и депутат Госдумы, и иной губернатор, — говорит «Ленте.ру» знакомый с ситуацией источник. — Область фактически превратилась в конфедерацию феодальных княжеств». Хрестоматийный пример толщины телефонной книжки подмосковных управленцев: в 2014 году за Олега Апарина, бывшего мэра Орехово-Зуева, в открытом письме просил лично Александр Коржаков, полулегендарный глава ельцинской охраны. А про Георгадзе в сети пишут, что в районе он и вовсе «открывал двери ногой» — очень емкая характеристика отношений власти и бизнеса в регионе.

Перед Воробьевым как губернатором, безусловно, стояла задача эти спайки разорвать, провести обновление элит — в том числе и через поддержку новых управленцев на выборах. Однако, как признают эксперты, возможности губернаторской команды оказались очень ограничены длиной скамейки запасных. «Проблема — в отсутствии людей, способных к публичной политике, — комментирует «Ленте.ру» ситуацию Андрей Максимов, член правления РАПК (Российской ассоциации политических консультантов). — Поэтому проще навязать своего главу администрации и через него пустить все вопросы финансов и собственности. Это, конечно, тоже не выход. Потому что новые главы не везде находят общий язык с местными элитами и жителями и иногда воспринимаются как навязанные и чуждые территории».

Наладить коммуникацию губернаторского кандидата со всеми группами влияния в районе, чтобы его воспринимали не как «варяга», — ювелирная работа. Управленцев громовской эпохи нередко выбивали из строя гораздо более простыми методами. Например, тот же Олег Апарин просто не был зарегистрирован кандидатом, в результате чего выдвиженец команды Воробьева, 33-летний Геннадий Панин, победил с большим перевесом. Ничего, кроме раздражения и конфликтов, это вызывать не могло.

Выборы: первая кровь

В ходе такого «бодания» региональной власти со старыми районными элитами о чистоте избирательного процесса подчас забывали, как о второстепенном факторе. Дошло до крови: на выборах в подмосковной Балашихе 26 апреля 2015 года два наблюдателя, Дмитрий Нестеров и Станислав Поздняков, были жестоко избиты неизвестными. Позднякову после этого удалили селезенку. Дело взял под свой контроль президентский Совет по правам человека. Нарушения на выборах в городской совет Жуковского 14 сентября 2014 года тоже стали темой обсуждения в верхах: группа избирателей сообщила о переписывании протоколов с результатами голосования и избиении одного из наблюдателей. Лично президенту Владимиру Путину пришлось по этому поводу давать прокуратуре поручение разобраться. А в единый день голосования 13 сентября 2015 года наблюдатели от СПЧ засекли в подмосковном Монино классическую избирательную «карусель». На фоне установок федерального центра на открытый, прозрачный и цивилизованный избирательный процесс все эти подмосковные электоральные войны, конечно, создавали такое впечатление, что 90-е живут и побеждают. «Нам давно говорили: наблюдайте за выборами где хотите, но в Дагестане, Ингушетии и Подмосковье — только с силовым прикрытием, — делится с «Лентой.ру» источник в правительстве Московской области. — Потому что ОПГ в каждом районе выборы проводит. И они воробьевских щемят часто».

СПЧ (на фото — глава Совета Михаил Федотов) уже не раз приходилось обращать внимание на методы проведения подмосковных выборов
 
СПЧ (на фото — глава Совета Михаил Федотов) уже не раз приходилось обращать внимание на методы проведения подмосковных выборов
Фото: Дмитрий Коротаев / «Коммерсантъ»

В этой ситуации администрация Московской области пошла по пути отмены прямых выборов. В марте 2015 года Мособлдума приняла закон, согласно которому прямые выборы глав городских округов в Серпухове, Лобне и Ногинском районе заменили избранием главы Советами депутатов. Есть несколько моделей. Например, в Серпухове Совет депутатов будет выбирать городского главу, который по должности совмещает этот пост с постом председателя Совета депутатов. То же самое в Оболенске, Талдоме, Шатуре, Яхроме, Электроуглях и других поселениях. А в Лобне и Ногинском муниципальном районе остановились на конкурсе, в процессе которого комиссия будет отбирать шорт-лист наиболее достойных кандидатов, а Советы депутатов потом утвердят одного из них на пост главы администрации. Прийти к таким нормам — значит расписаться в том, что за два года губернаторской команде не удалось наладить нормальную ротацию муниципальных кадров и работу с местными элитами.

В ожидании карт-бланша

По мнению источника «Ленты.ру» в правительстве Московской области, красногорский прецедент команда губернатора теперь может использовать как аргумент в свою пользу. «Воробьев реально измучился с криминалом бодаться, а теперь он получит карт-бланш на репрессии», — говорит наш собеседник. Толстые телефонные книжки «старых» глав районов не будут работать против аргумента «вы что, хотите как в Красногорске?». Это может быть последним козырем при «смотринах» очередной партии кандидатов на пост главы района.

Материалы по теме

00:02 22 октября 2015


«Красногорский стрелок». Подробности трагедии

«Лента.ру» следит за развитием событий

Однако никакой карт-бланш не снимет проблему подбора кадров и необходимость изменить стилистику отношений власти и бизнеса в регионе. «В других условиях бизнесмен знал бы, что если ему отказали и это сделано по закону, то стрелять в глав района бессмысленно: новые чиновники примут такие же решения, — говорит Евгений Соседов. — Но у них 20 лет складывались тесные личные отношения, поэтому Георгадзе и мог выяснять их личными методами — вплоть до стрельбы». В такой системе отношений острые конфликты могут сотрясать районные администрации и при назначенных «сверху» руководителях районов.

Между тем приближается 2016 год, когда Московской области предстоит проводить сразу две важные кампании: по выборам депутатов Госдумы и по выборам в областную думу. Смогут ли Андрей Воробьев и его команда удержать ситуацию при такой степени управляемости регионом? Открытый вопрос. Но в случае отрицательного ответа имиджевые издержки будут слишком высоки.

Партнеры